Множественная личность — психический феномен, при котором человек обладает двумя или более различными личностями, или эго-состояниями. Каждая личность в таком случае имеет собственные паттерны восприятия и взаимодействия с окружающей средой. Людям с множественной личностью определяют диагноз «диссоциативное расстройство идентичности», или «расстройство множественных личностей». Данное явление известно так же под названием «расщепление личности».
Диссоциативное расстройство идентичности (англ. dissociative identity disorder, или DID) — психиатрический диагноз, принятый в «Диагностическом и статистическом справочнике психических расстройств» (DSM-IV), описывающий феномен множественной личности. Чтобы определить у человека диссоциативное расстройство идентичности (или расстройство множественных личностей), необходимо наличие хотя бы двух личностей, которые регулярным образом по очереди контролировали бы поведение индивида, а также потеря памяти, выходящая за пределы нормальной забывчивости. Потеря памяти обычно описывается как «переключение». Симптомы должны происходить вне зависимости от злоупотребления каких-либо веществ (алкоголя или наркотиков) или общего медицинского состояния.
Диссоциативное расстройство идентичности также известно как расстройство множественных личностей (англ. multiple personality disorder, или MPD). В Северной Америке данное расстройство принято называть «диссоциативным расстройством идентичности» из-за расхождения во мнениях в психиатрической и психологической среде относительно данной концепции, согласно которой один (физический) индивидуум может обладать более чем одной личностью, где личность можно определить как итоговую сумму психических состояний данного (физического) индивидуума.
Хотя диссоциация — доказуемое психиатрическое состояние, связанное с рядом различных расстройств, в особенности тех, которые относятся к травме и тревоге в раннем детстве, множественная личность как реально существующий психологический и психиатрический феномен некоторое время ставилась под сомнение. Несмотря на расхождение во мнениях относительно диагноза множественной личности, во многих психиатрических учреждениях (например, McLean Hospital) имеются палаты, специально предназначенные для диссоциативного расстройства идентичности.
Согласно одной из классификаций, диссоциативное расстройство идентичности рассматривается как тип психогенной амнезии (то есть имеющей только психологическую, а не медицинскую, природу). Благодаря данной амнезии человек получает возможность вытеснять воспоминания травматических событий или определённого периода жизни. Данное явление называется расщепление «я», или, по другой терминологии, самости, а также переживаний прошлого. Имея множественные личности, индивид может переживать альтернативные личности с индивидуально различимыми характеристиками: такие альтернативные личности могут иметь разный возраст, психологический пол, разное состояние здоровья, разные интеллектуальные способности и даже разный почерк. Для лечения данного расстройства обычно рассматривают долгосрочные виды терапии.
В качестве двух характерных черт диссоциативного расстройства идентичности выделяют деперсонализацию и дереализацию. Деперсонализация — это изменённое (в большинстве случаев описываемое как искажённое) восприятие себя и собственной реальности. Такая персона зачастую выглядит обособленной от консенсуальной реальности. Пациенты часто определяют деперсонализацию как «ощущение вне границ тела и возможность наблюдать его с расстояния». Дереализация — изменённое (искажённое) восприятие других. При дереализации другие люди не будут восприниматься как реально существующие для данного человека; пациенты с дереализацией испытывают трудность при идентификации другого человека.
Как показало исследование, пациенты с диссоциативным расстройством идентичности зачастую скрывают свои симптомы. Среднее количество альтернативных личностей равно 15 и появляются обычно в раннем детстве, и, вероятно, именно по этой причине некоторые из альтернативных личностей являются детьми. Многие пациенты испытывают коморбидность, то есть они испытывают также другие расстройства, например, генерализованное тревожное расстройство.
Согласно «Диагностическому и статистическому справочнику психических расстройств» (DSM-IV-TR), диагноз диссоциативное расстройство идентичности ставится в случае, если у человека имеется две или более различающихся идентичности или личностных состояний (при этом каждая обладает собственным относительно продолжительным паттерном восприятия и взаимоотношения окружающей средой и самим собой), хотя бы две из этих идентичностей рекуррентно захватывают контроль над поведением человека, индивид не способен вспомнить важную персональную информацию, что выходит за пределы обыкновенной забывчивости, а само расстройство не вызвано прямыми физиологическими эффектами какого-либо вещества (например, умопомрачения или хаотичное поведение при алкогольной интоксикации) или общим медицинским состоянием (например, комплексными парциальными приступами). При этом отмечается, что у детей данные симптомы не следует относить к вымышленным друзьям или другим видам игр с применением фантазии.
Диссоциация — комплексный психический процесс, представляющий собой копинг-механизм для людей, страдающих от болезненных и/или травматических ситуаций. Она характеризуется дезинтеграцией эго. Интеграция эго, или эго-целостность, может быть определена как способность человека успешно инкорпорировать внешние события или социальные переживания в своём восприятии и затем действовать в постоянной манере во время таких событий или социальных ситуаций. Человек, неспособный успешно с этим справляться, может испытывать как эмоциональную дизрегуляцию, так и потенциальный коллапс эго-целостности. Другими словами, состояние эмоциональной дизрегуляции в некоторых случаях может быть весьма интенсивным, чтобы форсировать дизинтеграцию эго, или то, что, в крайних случаях, диагностически определяется как диссоциация.
Диссоциация описывает настолько сильный коллапс эго-целостности, что личность буквально расщепляется. По этой причине диссоциацию зачастую называют «расщеплением». Менее глубокие проявления этого состояния во многих случаях клинически описываются как дезорганизация или декомпенсация. Различие между психотическим проявлением и диссоциативным проявлением заключается в том, что, хотя переживающий диссоциацию человек формально и отрывается от ситуации, которую он или она не может проконтролировать, некоторая часть этого человека остаётся связанной с реальностью. Тогда как психотик «порывает» с реальностью, диссоциатив от неё отсоединяется, но не полностью.
Поскольку человек, испытывающий диссоциацию, полностью не отключается от своей реальности, он может иметь множество «личностей». Другими словами, существуют разные «люди» (читай личности) для взаимодействия с разными ситуациями, но, говоря обобщённо, ни одна из личностей полностью не отделяется.
До сих пор научная общественность не пришла к единому мнению относительно того, что же считать множественной личностью, поскольку в истории медицины до 1950-х годов было слишком мало задокументированных случаев данного расстройства. В 4-ом издании «Диагностического и статистического справочника психических расстройств» (DSM-IV) название рассматриваемого состояния было изменено с «расстройства множественной личности» на «диссоциативное расстройство идентичности», чтобы убрать запутывающий термин «личность». Такое же обозначение было принято и в МКБ-9, однако в МКБ-10 используется вариант «расстройство множественной личности». Следует отметить, что в СМИ очень часто совершается грубая ошибка, когда путается расстройство множественной личности и шизофрения.
Исследование источников в медицинской литературе XIX и XX века на тему множественной личности, проведённое в 1944 году, показало только 76 случаев. В последние годы количество случаев диссоциативного расстройства идентичности возросло драматически (по некоторым данным, в период с 1985 по 1995 было зарегистрировано около 40 000 случаев). Однако другие исследования показали, что у расстройства всё же есть длительная история, в литературе простирающаяся на период около 300 лет, и само оно затрагивает менее 1 % населения. По другим данным, диссоциативное расстройство идентичности проявляется среди 1—3 % генеральной популяции. Таким образом, эпидемиологические данные указывают на то, что среди населения диссоциативное расстройство идентичности в действительности встречается столь же часто, как и шизофрения.
В данный момент диссоциация рассматривается как симптоматическое проявление в ответ на травму, критический эмоциональный стресс, и оно связано с эмоциональной дизрегуляцией и пограничным расстройством личности. Согласно лонгитюдному (долгосрочному) исследованию Огавы и др., наиболее сильным предсказательным фактором диссоциации у молодых людей было отсутствие доступа к матери в возрасте 2 лет. Многие последние исследования показали связь между нарушенной привязанностью в раннем детстве и последующими диссоциативными симптомами, также очевидны данные, что насилие в детстве и заброшенность ребёнка зачастую способствуют формированию нарушенной привязанности (проявляющейся, к примеру, когда ребёнок очень пристально следит за тем, обращено ли внимание родителей на него или нет).
Некоторые психологи и психиатры считают, что диссоциативное расстройство идентичности имеет ятрогенный или надуманный характер, или утверждают, что случаи истинной множественной личности очень редки и большинство задокументированных случаев следует рассматривать в качестве ятрогенных.
Критики модели диссоциативного расстройства личности утверждают, что диагноз состояния множественной личности — это феномен, в большей степени характерный для англоговорящих стран. До 1950-х годов случаи раздвоения личности и множественной личности иногда описывались и лечились как редкость в Западном мире. В 1957 публикация книги «Три лица Евы» (The Three Faces of Eve) и позднее выход одноимённого фильма способствовали росту публичного интереса к феномену множественных личностей. В 1973 году издаётся впоследствии экранизированная книга «Сибил» (Sybil), описывающая жизнь женщины с расстройством множественной личности. Однако сам диагноз «расстройство множественной личности» не был включён в «Диагностический и статистический справочник психических расстройств» вплоть до 1980 года. В период с 1980-х по 1990-е количество зарегистрированных случаев расстройства множественной личности возросло до двадцати—сорока тысяч.
Некоторые люди, в том числе и самостоятельно идентифицировавшие себя в качестве имеющих множественную личность, считают, что это состояние может быть не расстройством, но естественной вариацией человеческого сознания, не имеющего ничего общего с диссоциацией. В качестве одного из убеждённых сторонников данной версии выступает Трудди Чейз, автор бестселлера «When Rabbit Howls». Хотя она и признаёт, что в её случае множественные личности появились вследствие насилия, в то же время она утверждает, что группа её личностей отказались пройти интеграцию и живут вместе как коллектив.
В рамках глубинной или архетипической психологии Джеймс Хиллман выступает против определения синдрома множественной личности как однозначного расстройства. Хиллман поддерживает идею относительности всех персонификаций и отказывается признать «синдром множественной личности». Согласно его позиции, рассматривать множественность личности либо как «психическое нарушение», либо как неудачу в интеграции «частных личностей» — это проявлять культурное предубеждение, которое ошибочно идентифицирует одну частную личность, «я», со всей личностью самой по себе.
Антропологи Л. К. Сурьяни и Гордон Йенсен убеждены, что феномен ярко выраженных трансовых состояний в сообществе острова Бали имеет ту же феноменологическую природу, что и явление множественной личности на Западе. Утверждается, что люди в шаманских культурах, испытывающие множественные личности, определяют эти личности не как части себя, но как независимые души или духи. Не существует данных о связи между множественностью личности, диссоциацией, а также восстановлением воспоминаний и секусальным насилием в этих культурах. В традиционных культурах множественность, проявляемая, к примеру, шаманами, не считается расстройством или заболеванием.
Диссоциативное расстройство идентичности, как считается, вызывается совокупностью нескольких факторов: непереносимый стресс, способность к диссоциации (включая способность отделять свои воспоминания, восприятия или идентичность от сознания), проявление защитных механизмов в онтогенезе и — в период детства — недостаток заботы и участия в отношении ребёнка при травматическом опыте или недостатке защиты от последующего нежелательного опыта. Дети не рождаются с ощущением унифицированной идентичности, последняя развивается, основываясь на множестве источников и переживаний. В критических ситуациях детское развитие встречает препятствия, и многие части того, что должно было быть интегрировано в относительно унифицированной идентичности, остаются сегрегированными.
Североамериканские исследования показывают, что 97—98 % взрослых с диссоциативным расстройством идентичности описывают ситуации насилия в детстве и что факт насилия может быть задокументирован у 85 % взрослых и у 95 % детей и подростков с расстройством множественной личности и другими сходными формами диссоциативного расстройства. Эти данные указывают на то, что насилие в детстве выступает в роли главной причины расстройства среди североамериканских пациентов, тогда как в других культурах большую роль могут играть последствия войны или природной катастрофы. Некоторые пациенты могли не испытывать случаев насилия, но пережить раннюю потерю (например, смерть родителя), серьёзную болезнь или другое крайне стрессовое событие.
Развитие человека требует того, чтобы ребёнок был способен успешно интегрировать различные комплексные типы информации. В онтогенезе человек проходит ряд стадий развития, в каждой из которых может быть созданы различные личности. Способность генерировать множественные личности наблюдается или проявляется не у каждого ребёнка, претерпевшего насилие, потерю или травму. Пациенты с диссоциативным расстройством идентичностью обладают способность легко входить в трансовые состояния. Такая способность в соотношении со способностью диссоциироваться, как считается, выступает в качестве фактора для развития расстройства. Как бы то ни было, большинство детей, обладающих этими способностями, также имеют нормальные адаптивные механизмы и не находятся в таком окружении, которое может вызвать диссоциацию.
Наиболее часто встречающийся подход к лечению расстройства множественной личности заключается в облегчении симптомов, чтобы обеспечить безопасность индивида, и в реинтеграции различных личностей в одну хорошо функционирующую идентичность. Лечение может происходить с использованием различных видов психотерапии — когнитивной психотерапии, семейной психотерапии, клинического гипноза и т. д. Не существует никакого фармакологического препарата для лечения самого диссоциативного расстройства идентичности, однако некоторые антидепрессанты используются для облегчения депрессий и тревоги.